Разделы


Материалы » Революция и Гражданская война в русской литературе - И.Э. Бабель и М.А. Шолохов » Революция 1917 г. и гражданская война в русской литературе

Революция 1917 г. и гражданская война в русской литературе
Страница 2

А я стою один меж них

В ревущем пламени и дыме

И всеми силами своими

Молюсь за тех и за других.

По Волошину, виноваты и красные и белые, считавшие свою правду единственно верной. Эти строки интересны и личным отношением поэта к враждующим сторонам: и те и другие — вероотступники, они впустили бесов в Россию («Расплясались, разгулялись бесы//По России вдоль и поперек»), за них, обуянных злобой, нужно молиться, их нужно пожалеть.

Совсем по-другому оценивали события в стране поэты-романтики Э. Багрицкий, М. Светлов, Дж. Алтаузен, М. Голодный, Н. Тихонов, убежденные, что в «солнечный край непочатый» можно прийти и через братоубийственную вакханалию, террор.

Сюжет «Баллады о четырех братьях» Дж. Алтаузен

а несложен: гражданская война сделала братьев врагами, домой вернулся только один. Он рассказал о себе:

Домой привез меня баркас.

Гремел пастух в коровий рог.

Четыре брата было нас, —

Один вхожу я на порог.

Ему нужно признаться матери и сестре, как он преследовал брата-юнкера, в прошлом пастуха:

За Чертороем и Десной

Я трижды падал с крутизны,

Чтоб брат качался под сосной

С лицом старинной желтизны.

Михаил Голодный

пишет о похожей трагедии в стихотворении «Судья ревтрибунала».

Стол накрыт сукном судейским

Под углом.

Сам Горба сидит во френче

За столом.

«Сорок бочек арестантов!

Виноват .

Если я не ошибаюсь,

Вы — мой брат?

Вместе спали, вместе ели,

Вышли — врозь.

Перед смертью, значит,

Свидеться пришлось.

Воля партии — закон,

А я — солдат.

В штаб, к Духонину!

Прямей Держитесь, брат!»

Судья Горба судит единолично и самочиние свое оправдывает волей партии и долгом солдата.

Культ ЧК вошел в плоть и кровь романтического героя 20-х гг. Чекист у поэтов — непоколебим, обладает стальной выдержкой, железной волей. Вглядимся в портрет героя одного из стихотворений Н. Тихонова.

Над зеленою гимнастеркой

Черных пуговиц литые львы,

Трубка, выжженная махоркой,

И глаза стальной синевы.

Он расскажет своей невесте

О забавной, живой игре,

Как громил он дома предместий

С бронепоездных батарей.

Поэты-романтики 20-х гг. встали на службу новой власти, проповедуя культ силы с позиций пролетарского интернационализма во имя «освобождения» человечества. Вот строки того же Тихонова, передающие идеологию отчуждения личности, совести в пользу идеи.

Неправда с нами ела и пила.

Колокола гудели по привычке,

Монеты вес утратили и звон,

И дети не пугались мертвецов .

Тогда впервые выучились мы

Словам прекрасным, горьким и жестоким.

Что же это за прекрасные слова? Лирический герой стихотворения Э. Багрицкого «ТБЦ»

тяжко болен и не может пойти в клуб на собрание рабкоровского кружка. В горячечном полусне к нему приходит Ф. Дзержинский и вдохновляет его на подвиг во имя революции:

Век поджидает на мостовой,

Сосредоточен, как часовой,

Иди — и не бойся с ним рядом встать.

Твое одиночество веку под стать.

Оглянешься — а вокруг враги,

Руки протянешь — и нет друзей,

Но если он скажет: «Солги!» — солги.

Но если он скажет: «Убей!» — убей.

«Убей!», «солги!» — есть ли страшнее слова в словаре?

Так совершалось непоправимое: жизнь питала поэта «жестокими идеями», а поэт нес их к читателям.

Революция разделила поэтов и прозаиков не по степени дарования, а по идейной направленности. «Мы входили в литературу волна за волной, нас было много. Мы приносили свой личный опыт жизни, свою индивидуальность. Нас соединяло ощущение нового мира как своего и любовь к нему» — так характеризовал А. Фадеев «левое» крыло русской литературы. Наиболее яркие представители его — А. Серафимович, К. Тренев, В. Вишневский, Э. Багрицкий, М. Светлов и др. А тот, кто не рядился в красные одежды, кто ужаснулся новой идеологии, тот заплатил изгнанием, непечатанием книг и даже жизнью.

Страницы: 1 2 


Полезные статьи:

Человек в огне гражданской войны в произведении Б.Лавренева «Сорок первый».
Борис Андреевич Лавренев прошел литературе большой, но прямой, никогда не сбивавшийся на обочину путь. О Лавреневе повелось писать, прежде всего, как об изысканном мастере сюжета, умевшим строить действие в своих пьесах и рассказах так, к ...

Блудный сын не вернулся...
Я - Бертольт Брехт из темных лесов Шварцвальда. Меня моя мать принесла в город Во чреве своем. И холод лесов Шварцвальда Во мне останется навсегда. Родившись в состоятельной бюргерской семье 10 февраля 1898 года - отец его был торго ...

Каламбур как средство речевого комизма в речи рассказчика – героя
Среди излюбленных речевых средств Зощенко-стилиста – каламбур, игра слов, основанная на омонимии и многозначности слов. О каламбурах писалось много. Несмотря на наличие значительной литературы, нельзя сказать, чтобы понятие каламбура был ...