Разделы


Материалы » Творчество Г. Р. Державина с религиозной точки зрения

Творчество Г. Р. Державина с религиозной точки зрения
Страница 2

Они с лица земли стряхнутся,

Развеются и разнесутся,

Как ветром возметенный прах.

Используя псалом в стихотворении «Радость о правосудии», Державин говорит:

Да правый суд я покажу,

Колеблемы столпы земные

Законом Божьим утвержу .

В переложении из псалма «Доказательство творческого бытия» поэт рисует величественную картину мира:

Небеса вещают Божью славу .

Нощи нощь приносит весть .

Охватывая в воображении как бы сразу все мироздание, бездны и выси, поэт словно стремится взлететь туда, где можно дышать полно, не боясь ледяного и разряженного воздуха. Но это удавалось ему далеко не всегда. А если удавалось, то оттого, что ногами он всегда крепко стоял на земле. Его чеканное (через Юнга восходящее еще к библейскому) «я червь - я Бог» было и метафорой, рисующей образ самого поэта. Ведь о том же позднее говорит и Пушкин, являя поэта, погруженного в «заботы суетного света», но с душой, готовой встрепенуться, как «пробудившийся орел». Державин искренне полагал, что поэт призван изобразить человеческую душу, словно художник-акварелист, не отрывающий от листа бумаги кисти, пока рисунок не закончен. Это удалось ему в оде «Бессмертие души»:

Как червь, оставя паутину

И в бабочке взяв новый вид,

В лазурну воздуха равнину

На крыльях блещущих летит,

В прекрасном веселясь убранстве,

С цветов садится на цветы:

Так и душа небес в пространстве

Не будешь ли бессмертна ты?

Определив в «Доказательстве Творческого бытия» гармонию мироздания как главный аргумент Божьего присутствия в мире, Державин живописует его картины с лирическим удивлением перед Творением, перед грозной и прекрасной его тайной, а не просто как созерцатель:

В тяжелой колеснице грома Гроза,

на тьме воздушных крыл,

Как страшная гора несома,

Жмет воздух под собой, - и пыль

И поит кипят, летят волнами,

Древа вверьх вержутся корнями,

Ревут брега и воет лес .

Между тем, в те времена духовная поэзия была в ходу по всей Европе; почти каждый поэт посвящал хоть одну оду восхвалению величия Божия; в большей части тогдашних русских журналов можно найти то оригинальные, то переводные стихи подобного содержания. Естественно, что и Державин, сознавая свой поэтический талант, хотел испробовать его на этой теме. Более того, этот человек всегда отмечал первостепенность для стихотворца религиозной поэзии, а в своем «Рассуждении о лирической поэзии» писал: «В духовной оде удивляется поэт премудрости Создателя, в видимом им в сем великолепном мире – чувствами, а в невидимом – духом веры усматриваемой; хвалит провидение, славословит благость и силу Его». Наконец, из самого раннего детства у Гаврилы Романовича осталось воспоминание – рассказ о первом его произнесенном слове – «Бог». Все это подтолкнуло Державина к созданию оды, ставшей, пожалуй, венцом его религиозных творений…

Ода «Бог» увидела свет, когда Гаврила Романович печатал свои работы в «Собеседнике любителей российского слова», - именно со страниц этого издания предстала она миру. К этой оде относится еще одна любопытная биографическая подробность. Произведение было начато поэтом еще в 1780 году в Светлое Христово воскресение, по возвращении от заутрени; но служба и столичные развлечения долго не давали ему снова приняться за нее. Выйдя в отставку в феврале 1784 года, он решился, для окончания этой оды, на короткое время уединиться. Сказав жене, что едет в свое белорусское имение, которое еще не видел, он остановился в Нарве и там на несколько дней снял себе маленькую комнату. В этой комнатке из-под пера Державина и вышла большая часть оды. Запершись, он писал несколько дней. А когда произведение уже подходило к завершению, Гаврила Романович, не дописав последней строфы, заснул перед самым рассветом. Вдруг ему показалось, что по стенам бегает яркий свет; слезы ручьями полились из глаз; он встал и при свете лампады в одночасье дописал последнюю строфу.

Успех оды превзошел все ожидания Державина. Еще при жизни автора она была переведена на более чем сто языков. А один русский путешественник полвека спустя после ее написания с изумлением обнаружил у высокопоставленного японского чиновника дома на стене перевод (соответственно в иероглифах) все той же оды. Скорее всего, кроме блестящих картин природы и возвышенных мыслей в оде привлекало лирическое воодушевление и искренность, которые резко отличают ее от большей части произведений этого периода на других языках. В ней нет ничего лишнего: поэт прямо стремится к своей цели, и поэтому эта ода поражает быстротою движения, сжатостью и выдержанностью.[1]

Бог у Державина – это песнь, и восхищенное любование мирозданием, и определение своего места в нем, это – и удивление перед Создателем и созданием, и своеобразный лирический символ веры.

Страницы: 1 2 3


Полезные статьи:

Теоретические основы исследования. Заголовок. Виды и функции. Классификация заголовков
Заглавие – это имя текста. Существует две типологии газетных заголовков. В первой классификации заглавия различаются в зависимости от того, один или несколько элементов смысловой схемы текста выражает заголовок. По этому признаку выделяю ...

Родину можно унести с собой
Не заколачивай в стену гвоздя, Сбрось пиджак прямо на стул. Зачем делать запасы на несколько дней? Ведь ты завтра вернешься домой. Незачем саженец поливать. Стоит ли здесь выращивать дерево? Оно до ступеньки не дорастет, А ты уже ...

Понятие о жанре чиклит. Общая характеристика
Термин «чиклит» был введен американскими писателями Крис Маззой и Джеффри де Шеллом в 1995 году как заголовок к антологии пост феминистской прозы, иначе говоря, художественных произведений второй волны феминизма 90 − х. В этих произ ...