Разделы


Материалы » Особенности римского эпоса » «Энеида» Вергилия: пик римского эпоса

«Энеида» Вергилия: пик римского эпоса
Страница 3

Помимо прекрасных стихов, в "Энеиде" чрезвычайно любопытен главный герой. Эней как бы потерял активную жизненную позицию в сравнении с героями Гомера. Благочестивого мужа ведет по жизни рок и долг, историческая миссия. И это - совершенно принципиальная вещь для Вергилия, ведь даже, спускаясь в загробный мир, Эней получает пророчество не столько о собственной дальнейшей судьбе, сколько о судьбе его будущего народа и мира.

Саму поэму как художественное произведение отличает четкая планировка, композиция. Поэма состоит из отдельных эпизодов, каждый из которых представляет собой внутренне законченную песнь и в то же время входит составной частью в общую композицию.

Тон произведения возвышенный, приподнятый, что сделало "Энеиду" любимицей и образцом европейского классицизма. Теоретики этого течения ставили "Энеиду" выше "Илиады" и "Одиссеи" именно благодаря возвышенности ее стиля.[7]

Итак, поэма Вергилия и похожа, и в то же время совершенно отлична от поэм Гомера. Кстати сказать, античное понимание литературного соперничества с образцом именно в этом и состояло, чтобы, сохранив внешнюю похожесть, создать нечто принципиально новое.

Страницы: 1 2 3 


Полезные статьи:

Анализ стихотворения «Мужчинам»
В стихотворении «Мужчинам» Анна Волкова призывает сильный пол заботиться о слабом. И чтоб они, мужчины, вспоминали делать женщинам приятное не только 8 марта, но и каждый день жизни. Темой этого стиха является то, что в определенный день ...

Тема «неистовой страсти» в творчестве Бальзака.
Неистовая страсть у Бальзака в отношении к деньгам. Это и накопители, и образы ростовщиков. Эта тема близка к теме образа финансиста, потому что именно они живут этой неистовой страстью накопительства. Гобсекпредставляется человеком бесп ...

В. И. Аскоченский
Ех Тарасе Тарасе! За що мене охаяли люде? За що прогомоніли, що я тебе, орла мого сизого, оскорбив, облаяв? Боже ж мій милостивий! Коли ще вони не знали, де ти, і як ти, і що таке, а я вже знав тебе, мого голуба, слухав твого «Йвана Гуса» ...