"Слышно было, что рассказывал он в песни про какие-то зеленые сады, с добрым укором напоминал кому-то те места, где "скончалась - распрощалась, ах, да прежняя любовь…" .

Старинная песня "Закипели в колодезях воды, заболело во молодце сердце " выражает тоску потерявшего силу, состарившегося Кастрюка ("Кастрюк"), которому дали это прозвище потому, что он пел про Кастрюка "старинные веселые прибаутки" . ( Историческая песня о Кастрюке-Мамстрюке поется на веселый скоморошеский напев и неоднократно зарегистрирована в средней полосе России.)

Жестокий романс "Вот скоро, скоро я уеду, забудь мой рост, мои черты" дополняет в рассказе "Учитель" характеристику лавочницы, которая напевает его "сдержанно-страстно, прикрывая, как бы в изнеможении, глаза" . Разухабистая "барыня" и прибаутки, которые "с серьезными, неподвижными лицами" поют бабы, являются выражением того бессмысленного пьяного веселья, на фоне которого развертывается драма деревенского интеллигента. Такую же роль здесь играет и пошленькая песня:

"А всем барышням модисткам

По поклончику по низком" .

Старинный печальный романс Якова Петровича "Что ты замолк и сидишь одиноко", навеянный воспоминаниями детства (позднее Бунин записал: "Мой отец пел под гитару старинную, милую в своей романтической наивности песню, то протяжно, укоризненно, то с печальной удалью… "Что ты замолк и сидишь одиноко…") , связанный с думами о разорении, подготавливает конец рассказа "В поле":

"Скоро, скоро, должно быть, и следа не останется от Лучезаровки!" .

Песня, которую "с грустной, безнадежной удалью" поют "мелкопоместные" в рассказе "Антоновские яблоки":

"На сумерки буен ветер загулял,

Широки мои ворота растворял, -

Белым снегом путь-дорогу заметал" ,

воспринимается как заупокойный плач по помещичьей России.

В рассказе "Сосны" лес рисуется "сказочным мертвым царством". Сосновый бор воскрешает воспоминания о сказочных образах:

"Чем не сказочный бор?" – думаю я, прислушиваясь к шуму леса за окнами и к высоким жалобным нотам ветра, налетающего вместе с снежными вихрями на крышу. И мне представляется путник, который кружится в наших дебрях и чувствует, что не найти ему теперь выхода вовеки.

«…» Да и человечьи ли это хижины? Не в такой ли же черной сторожке жила Баба-Яга? "Избушка, избушка, стань к лесу задом, а ко мне передом! Приюти странника в ночь! » . И здесь мы слышим приметы древнего язычества. По одной из фольклорных версий страшная Баба Яга – изначально заботливая берегиня. Слово "Яга" – огрубленное от "Яшка". Яшей в славянских песнях называли ящура, некогда жившего на земле и исчезнувшего прародителя всего живого; отсюда наше более понятное – пращур. Согласно версии, Баба Яга – прародительница, очень древнее положительное божество славянского пантеона, хранительница рода и традиций, детей и околодомашнего, часто лесного, пространства. В период насаждения христианства всем языческим богам и божествам, духам в том числе и оберегавшим людей (берегиням) придавались злые, демонические черты, уродливость внешнего вида и характера, злые намерения, и языческая строгая прародительница была превращена в злобного демона, которым часто пугают маленьких детишек. Так в сказке мы сталкиваемся с мифологическими образами наших предков, с их мироощущением.

Полезные статьи:

Кириеевские
Киреевский Иван Васильевич родился 22.03 (3.04) 1806 года в Москве, а его брат, Петр Васильевич, 11 (23).02.1808 года в селе Долбино Калужской губернии. Они происходили из старинного дворянского рода. Их мать, Авдотья Петровна Юшкова, обл ...

Блудный сын не вернулся...
Я - Бертольт Брехт из темных лесов Шварцвальда. Меня моя мать принесла в город Во чреве своем. И холод лесов Шварцвальда Во мне останется навсегда. Родившись в состоятельной бюргерской семье 10 февраля 1898 года - отец его был торго ...

Образ немца в русской литературе
Культурные контакты между двумя странами неизбежно находят свое отражение в памятниках литературы этих стран. Автора, обратившегося к чужому культурному началу, интересует, как правило, возможность сравнения, постижения своего через чужое ...