Камю считает главной и основополагающей проблемой философии «стоит или не стоит жизнь того, чтобы ее прожить». Все же остальные вопросы философии он считает второстепенными.

Так ответив на него, философия разрешит вопрос о смысле жизни. «Мне известны и те, кто, как ни странно, готовы покончить с собой ради идей или иллюзий, служащих основанием их жизни (то, что называется причиной жизни, оказывается одновременно и превосходной причиной смерти)».

Камю рассматривает самоубийство не как социальный, а как индивидуальный акт: «самоубийство подготавливается в безмолвии сердца». И лишь последней каплей в этом решении может стать что-либо внешнее, повод к самоубийству, так как «малости могло быть достаточно, чтобы горечь и скука, скопившиеся в сердце самоубийцы, вырвались наружу». При решении вопроса о причине «необходимо понять ту смертельную игру, которая ведет от ясности в отношении собственного существования к бегству с этого света».

Жизнь во многом - это привычка, и добровольная смерть – это «признание ничтожности этой привычки». Какое странное чувство приводит разум человека к таким выводам, разрушая его иллюзии относительно мира, а без этих иллюзий связь человека со вселенной рушиться, он становиться посторонним здесь: «чувство абсурдности и есть этот разлад между человеком и его жизнью». Таким образом, Камю медленно переходит к основной теме своей работы - теме абсурда в жизни: «предметом моего эссе является как раз эта связь между абсурдом и самоубийством».

Но осознание абсурдности не ведёт к разрешению проблемы. Ведь если у честь, что в философии может быть лишь два ответа «да» или «нет», то это не приводит к однозначному ответу, так как «многие, отвечающие "нет", действуют так, словно сказали "да"». Поэтому и не даёт результата мысль о том, что люди уходят из жизни по собственной вили, понимая, что жизнь потеряла смысл.

Главной темой автор берёт вопрос «Ведёт ли абсурд к смерти?»

Полезные статьи:

Проза
В отличие от стихов, не получивших в эмигрантской среде признания (в новаторской поэтической технике Цветаевой усматривали самоцель), успехом пользовалась ее проза, охотно принимавшаяся издателями и занявшая основное место в ее творчестве ...

Баллады Жуковского
Баллады Жуковского открыли романтическое течение в русской литературе, создали оригинальную жанровую традицию: фантастически напряженный ход событий, драматизированный сюжет, моралистический итог, откровенная условность авторской позиции. ...

Лопе де Вега (1562—1635)
Светлая, жизнерадостная эпоха Возрождения, пора надежд, благих порывов и большой веры в силы человеческого разума, донесла до первых десятилетий XVII столетия несколько своих титанов. Шестнадцать лет жили в новом столетии Шекспир и Серван ...