Заключение
Рассматривая эмигрантскую лирику Г. Иванова, можно прийти к выводу, что поэт вполне сознательно пользуется языком описания, уже сложившимся в "петербургском тексте", когда город говорит своими улицами, памятниками, архитектурными сооружениями. Основные черты петербургского текста: структурированность, эсхатологичность ("Петербургу быть пусту") - характерны и для эмигрантского творчества Г. Иванова. Отсюда образ заката, пустоты, холода, зимы, хаоса - апокалипсические мотивы. Однако черты "петербургского текста" распространяются на образ России в целом и рождают отчаяние от горького понимания бессмысленности жизни вне Родины (Родины у лирического героя в настоящем просто нет). В итоге поэт приходит к мысли о распаде цивилизации: мир предстает как фантом, так как в нем нет теперь главного - культуры (дореволюционный Петербург нес в себе идею культуры), духовности, то есть добра. Это и рождает "морализм отчаяния".
Г. Иванов продолжает создавать "петербургский текст", следуя традициям Н.В. Гоголя, Ф.М. Достоевского (отсюда "цитатность" его лирики), внося в развитие петербургского стиля свой собственный неповторимый вклад.
Представляется интересным продолжить работу, исследуя функции "чужого" текста в стихотворениях Георгия Иванова.
Полезные статьи:
Другие грани
Ахмадулина известна также переводами из грузинских поэтов (Г. Табидзе, С.Чиковани, А.Кандаладзе, М. Квиливадзе и др.) и как автор ярких, написанных высоким слогом эссе, посвященных друзьям, писателям и художникам [«Сны о Грузии», Тбилиси, ...
Признание мастерства талантливых поэтов
Высоко неся звание поэта, и Цветаева и Ахматова с большим уважением относились к читателю. М. И. Цветаева, например, считала, что чтение стихов – это акт творчества, большой труд души. «Чтение – прежде всего сотворчество… Устал от моей ве ...
Д.В. Григорович
[В то время вся Академия [художеств] фанатически была увлечена Брюлловым; он сосредоточивал на себе все внимание, ни о чем больше не говорили, как о нем. Все академисты, от мала до велика, горели одним желанием: попасть в ученики к Брюлло ...
