Может показаться, что именно в подобной жизнедеятельности, активности, самоуверенности – секрет материального преуспевания и устойчивости существования «конкретных», Брюхатого, Курносого. «Теоретик» Аристарх Кузькин так и думает, утверждая, что общество живет и процветает только благодаря его экономическим «импровизациям»: «Всякое развитое общество живет инициативой… энергичных людей. Но так как у нас – равенство, то мне официально не могут платить зарплату в три раза больше, чем, например, этому вчерашнему жлобу, который грузит бочки. Но чем же тогда возместить за мою энергию? За мою инициативу? Все знают, что я – украду, то есть те деньги, которые я, грубо говоря, украл, - это и есть мои премиальные… это – мое, это мне дают по негласному экономическому закону… моя голова здесь нужна… а не канавы рыть…» Кузькин заявляет именно о своем праве принадлежать к самой привилегированной экономической «элите», жить с «выдумкой», «более развязно… не испытывать ни в чем затруднений». Еще девять лет назад он собирался сделать Веру Сергеевну «самой богатой женщиной микрорайона», за эти годы безнаказанности прибавилось «выдумки», «развязности», хотя грубый Курносый презирает «теоретика» Кузькина («В гробу я вас видал с вашими теориями! »; «Он спекулянт-то не крупный, он так: середнячишка, щипач»).

Мимикрия, вживание «энергичных» в экономические отношения обусловили устойчивость их психологических черт: «развязность», самомнение, апломб, наглость. Не в первый раз Кузькин спекулировал автомобильными покрышками. И сейчас у него в передней «не существующие» покрышки: их нигде не делали, они никуда не поступали. «Экономический феномен» и все. «Чичиков «работал», конечно, кустарно, примитивно, хотя природа жульничества и спекуляций – одна!»[16]

Появление милиции, которым завершается повествование, отвечает нашему внутреннему требованию немедленного наказания спекулянтов и жуликов. Однако, учитывая «опыт» Брюхатого, хитрость «большого демагога» Кузькина, «конкретность мышления» Курносого, их жестокость, вероломство, начинаешь думать, насколько реален финал: а вдруг «энергичные» в огне не сгорят и в воде не утонут?

В проанализированной повести не выделяется ничего, чтобы коренным образом отличало ее от других произведений писателя. В ней присутствуют все вышеперечисленные наиболее характерные признаки «шукшинского» рассказа. Нарочитая незатейливость сюжета «Энергичных людей» служит тому, чтобы полнее раскрыть быт и нравы мещанско-торгового подворья. Писатель не только описывает поведение персонажей дома и на службе, их очередные плутни, но последовательно и точно воссоздает стихию языка героев, фиксирует их образ мышления. Здесь вроде бы все обыденно, буднично, привычно, но оттого и страшно.

Полезные статьи:

«Все переворотилось...» Толстой в 70-е годы.
Художественное исследование эпохи 1805—1820 годов побудило Толстого идти далее, в глубь русской истории, к эпохе Петра I.-Озабоченный проблемами современной ему действительности, писатель видел в Петровском времени «начало всего», «узел р ...

Основная часть
"Большая житейская катастрофа" сделала Г. Иванова поэтом "строгим, малословным, с удивительным морализмом отчаяния", который проявляется как нравоучительное воздействие на читателя с целью показать: все в жизни безысхо ...

Литература Кубани конца XIX – начала XX века
Новый этап социально-экономического развития страны, характеризовавшийся вступлением на путь буржуазного развития и окончанием Кавказской войны, активизировал дальнейшее развитие литературы на Северо-Западном Кавказе. Вторая половина XIX ...