Разделы


Материалы » Камю А. Миф о Сизифе. Эссе об абсурде » Моё отношение к затронутым проблемам в этой работе.

Моё отношение к затронутым проблемам в этой работе.

Я разделяю мнение Камю в том, что самоубийство это уход от проблем, осознание своей беспомощности и слабости. Но в тоже время это смелый шаг.

Жизнь каждого из нас абсурдна в какой-то мере. Каждый борется с препятствиями судьбы, желая подчинить её себе. Понятно также и наличие «стен» для человеческого разума. Мир не может позволить человеку сравняться с ним, познать Истину бытия. Мы не всесильны, нам это показывают каждый раз, как только кто-то стремиться преодолеть стены. На его пути сразу же возникают новые. Умным считает себя только тот, кто ещё не видит своих стен, предела возможностям разума.

Интересен также факт, что абсурд существует только при борьбе, несогласии. Ведь хотя бы минутное примирение уничтожает его, нет больше почвы для существования абсурда.

Миф о Сизифе – известная легенда из древнегреческой мифологии. Камю даёт ей новую жизнь. Мысль о схожести труда Сизифа с работой современных людей неоспорима. Ведь мало пользы в бюрократии, статистике и подобных видах деятельности. Они не создают нового, а лишь повторяют рутинные действия. Счастье Сизифа в его труде и том, что он видит смысл в этом.


Полезные статьи:

Литература 50—90-х гг.
Отгремели салютные залпы 1945 г., и началась мирная жизнь. Но могла ли быть «мирной» жизнь советских людей? Ведь сталинизм еще был силен, военная разруха давала себя знать, колхозник на земле и рабочий на заводе оставались рабами. Железны ...

Диковины среднего возраста
В 1469 г. Хусейну Байкаре все-таки удалось занять гератский престол. По его просьбе Навои разрешается вернуться. В праздничный апрельский день он преподнес султану свою касыду «Новолуние», в которой искренне поздравил его с восшествием на ...

В. И. Аскоченский
Ех Тарасе Тарасе! За що мене охаяли люде? За що прогомоніли, що я тебе, орла мого сизого, оскорбив, облаяв? Боже ж мій милостивий! Коли ще вони не знали, де ти, і як ти, і що таке, а я вже знав тебе, мого голуба, слухав твого «Йвана Гуса» ...