За горькую любовь отвечу я сполна.

Палач меня лишь заклеймит позором.

На эшафоте я стою одна,

Повержена во прах суровым приговором.

Какой вокруг невыносимый крик!

Как издевательства разнообразны!

Как дружно все – и мальчик, и старик,

Старуха, девочка кричат: «В огонь, заразу!»

Толпе на поруганье отдана,

Стою, как статуя, безгласно.

Среди стыда, презренья – я одна,

Стою одна – и кары нет ужасней.

Плевки и вопли, брань течет рекой,

Вокруг нечеловеческие лица…

О где ты, где ты, мой герой,

Неужто даже не придешь простится?

«Не миловать!», - кричат они. «Казнить!»

но не дрожат уже мои ресницы.

Коль ты отрекся, коль сумел забыть, -

Пускай людская казнь вершится.

Полезные статьи:

Традиции плутовского и романтического романа в «Ярмарке тщеславия».
Надо сказать, что Теккерей своими двумя портретами героинь показал две традиции в своем романе – романтическую (Эмилия) и плутовскую (Бекки). Причем сюжетными линиями обеих девушек Теккерей развенчивает обе традиции. И та, и другая по-сво ...

"Шекспировский вопрос"
Источником огорчений и сомнений для биографов Шекспира послужило его завещание. В нем говорится о домах и имуществе, о кольцах на память для друзей, но ни слова — о книгах, о рукописях. Как будто умер не великий писатель, а заурядный обыв ...

Принципы новой литературы в изложении Виктора Гюго и его «Последний день приговоренного к смерти».
«Имя Виктора Гюго по праву стоит в одном ряду с именами лучших представителей мировой культуры». Сын знатной дамы и простого капитана, участника подавления контрреволюционного восстания в Вандее, Виктор Гюго проводит детство в постоянных ...