Программа идеального, с точки зрения Рабле, воспитания подрастающего поколения, изложена в письме отца Пантагрюэля, Гаргантюа. [22, 180-185]. В первой части письма Гаргантюа обращает внимание сына на то, что именно от него зависит слава и честь рода, ибо дети -всегда продолжатели славы родителей. Именно поэтому Пантагрюэль должен превзойти своего отца во всех достижениях, в т.ч. учении.

В следующих строках Рабле устами Пантагрюэля обращается к следующим поколениям, олицетворением которых в романе является Гаргантюа: «Время моей молодости было не такое благоприятное для процветания наук. То было темное время, тогда еще чувствовалось пагубное зловредное влияние, истребляющие все прекрасное . Ныне же науки восстановлены. Возрождены языки…всюду мы видим ученых людей, образованнейших наставников, ныне даже…конюхи образованнее, нежели в мое время доктора и проповедники! Женщины и девушки – и те стремятся к знанию, этому источнику манны небесной!» [22, 182-183] Т.о, здесь Рабле выражает надежду, что диктат средневековой схоластики и времена, когда церковь единолично властвовала умами людей, остались в прошлом, а люди вступили в новую эру – эру всеобщего знания и просвещения, когда даже представители социальных низов будут образованнее вчерашних ученых.

Итак, в поучении Пантагрюэлю, Гаргантюа просил сына, прежде всего внимание уделить языкам: «греческий, не зная которого человек не имеет права считать себя ученым, еврейский, халдейский арабский и латинский, ради священного Писания». Здесь более чем очевидна мысль о значимости античного наследия; не зная языков, на которых написаны труды античных мыслителей, человек не мог усвоить и сами труды, посему и не имел право считать ученым. Здесь же Рабле делает выпад против единоличного права католических духовных особ хранить и толковать Библию.

Знание языков, с точки зрения Рабле, это не только умение понимать античных авторов, но «чтобы в греческих сочинениях своих ты подражал слогу Платона, а в латинских – слогу Цицерона» [там же], т.е. знать языки как родные, как знали их Платон и Цицерон.

Кроме филологии, надо было поднатореть и в «свободных науках, как-то – геометрия, арифметика и музыка». Склонность к этим знаниям привил Пантагрюэлю в детстве еще Гаргантюа, но ее следовало продолжать развивать, а также изучить законы астрономии, астрологические же гадания Гаргантюа трактовал как «вздор и обман»[там же].

Просвещенное общество, как идеал Рабле, – это общество гражданское, когда каждый гражданин знает свои права, поэтому Рабле устами Гаргантюа приказал Пантагрюэлю: «Затверди на память прекрасные тексты гражданского права и изложи их мне со всеми толкованиями»

В области естественных наук Пантагрюэль также должен был проявить должную любознательность «знать, в каких реках и морях водятся какие рыбы; чтобы все птицы небесные, чтобы деревья, кусты и кустики, какие можно встретить в лесах, все металлы, сокрытые в ее недрах и все драгоценные камни Востока и Юга» были известны [там же, с.184].

Пантагрюэлю нужно было еще «внимательно перечитать книги греческих, арабских и латинских медиков», т.е. ознакомиться с классическими источниками медицинских знаний того времени. Но хотелось бы подчеркнуть, что тут Рабле как сторонник просвещения стоял не на позициях академической медицинской науки, потому что рекомендовал «не брезговать трудами талмудистов и кабаллистов». Т.о., в обучении, по Рабле, следовало пользоваться любыми источниками, в которых было что-то полезное, а не отметать какие-нибудь из них по идеологическим причинам. Наука, лишенная излишнего академизма, оставалась живым, развивающимся организмом – вот тот идеал науки, который нам хотел показать Рабле.

Полезные статьи:

Романтизм М. Горького
В конце 90-х годов читатель был поражен появлением трех томов «Очерков и рассказов» нового писателя – М. Горького. «Большой и оригинальный талант», – таково было общее суждение о новом писателе и его книгах. Растущее в обществе недовольс ...

Особенности поэтики произведений Н. С. Лескова
Лесков, безусловно, писатель первого ряда. Однако назвать его классиком русской литературы трудно. Он изумительный экспериментатор, породивший целую волну таких же экспериментаторов в русской литературе, - экспериментатор озорной, иногда ...

Любовь и ее загадка
Любовь есть самое необъяснимое чувство человека. Ей посвящено множество томов поэзии и прозы, но она так до конца и не понята. Поэзия тысячи лет без устали твердит: истинной любви более, чем нам дано понять; любовь — это родство между на ...