Разделы


Материалы » Внетекстовое и текстовое пространство и законы их взаимодействия » Источники пушкинских эпиграфов к главам романа "Капитанская дочка".

Источники пушкинских эпиграфов к главам романа "Капитанская дочка".
Страница 9

Одиннадцатой главе «Мятежная слобода» предпослан эпиграф, который Пушкин будто бы взял из Сумарокова. На самом деле такого отрывка, как отмечают многие исследователи творчества Пушкина, в частности В. Шкловский, у Сумарокова нет. Пушкин сочинил его:

В ту пору лев был сыт, хоть с роду он свиреп.

«Зачем пожаловать изволил в мой вертеп? »-

Спросил он ласково.

А. Сумароков.

Художественная функция этого эпиграфа заключается в том, что он выражает авторскую оценку героя - Пугачева. Символика эпиграфа перекликается с дальнейшим изложением. В "калмыцкой сказке", рассказанной Пугачевым - он сравнивает себя с орлом. В этой народной сказке в иносказательной форме Пугачев выражает свое представление о настоящей жизни. Сказка эта о двух возможных выборах жизненного пути: тихом, размеренном, небогатом внешними событиями и другом ярком, насыщенном, но коротком. Символическую роль играют и герои сказки - орел и ворон. Орел - царь птиц, это образ, связанный с идеей свободы, практически всегда несущий положительную оценочность. Ворон - птица мрачная, этот образ связан с представлением зла, смерти, беды, а также с идеей древности, долголетия и даже вечности.

Гринев и Пугачев выражают свое отношение к жизни благодаря этой сказке. Гриневу отвратителен разбой и злодейство, он рожден для жизни мирной среди дорогих ему людей. Пугачев хочет жить по - орлиному, напиться живой крови, то есть сразиться в открытом бою, отдать в этой борьбе свою жизнь.

Но Гринев отнимает у него это орлиное начало: «Но жить убийством и разбоем значит по мне клевать мертвечину».

Пушкин же (через эпиграф) сравнивает Пугачева со львом, который обычно свиреп, жесток, но сейчас ласков, то есть видит в нем сильную, могучую личность, которой свойственна и доброта, и ласковость, и жестокость,

Таким образом, позиция автора, нигде не выраженная прямо (повествование ведется с точки зрения героя - рассказчика), тем не менее, проявляется в направленности эпиграфов, в частности эпиграфа к XI главе. Неодноплановость, неоднозначность подхода к образу Пугачева чувствуется не только в повествовательном тексте, но и в эпиграфах, предшествующих ему.

К XII главе «Сирота» дан эпиграф из свадебной песни:

Как у нашей у яблонки

Ни верхушки нет, ни отросточек;

Как у нашей у княгинюшки

Ни отца нету, ни матери.

Снарядить то ее некому

Благословить - то ее некому.

Свадебная песня.

В слове этого эпиграфа звучат народные голоса. Этим голосам из мира народного откликается глава романа, посвященная Маше Мироновой, круглой сироте. В поэтических строках эпиграфа автор метафорически воссоздает картину народной жизни, нравственный образ народа, его душу, которая как бы «аккумулировалась» в этой народной свадебной песне. Этот внетекстовой мир с его голосами будто бы переплескивается из эпиграфа в повествовательный мир произведения. Автор сравнивает героиню с «яблонкой», у которой «ни верхушки нет, ни отросточек». Она - круглая сирота, одна - одинешенька. Но есть и другой (скрытый) смысл эпиграфа. Маша - невеста Гринева, и брак ее благословляет никто иной, как Пугачев. Ведь он предлагает и свадьбу сыграть, и посаженым отцом быть на свадьбе. Создается трагическая ситуация, поэтому строки свадебной песни, взятые Пушкиным в качестве эпиграфа, звучат вдвойне 11ечально

Глава XIII называется «Арест». Этой главе предпослан эпиграф, взятый из Княжнина:

Не гневайтесь, сударь: по долгу моему

Я должен сей же час отправить вас в тюрьму.

-Извольте, я готов; но я в такой надежде.

Что дело объяснить дозволите мне прежде.

Княжнин.

Пространственный образ тюрьмы, возникающий в эпиграфе, перекликается с про­странственным образом острога, созданном в XIII главе романа.

Тюрьма, острог - «чужое» пространство, враждебно настроенное к человеку. Оно может погубить человека, сломать его. В острог попадает герой романа - Петр Гринев. Строчки эпиграфа " Извольте, я готов; но я в такой надежде. Что дело объяснить дозволите мне прежде" перекликаются со строками главы: "Совесть моя чиста, я суда не боялся".

И в строчках пушкинского эпиграфа, предшествующего главе, и в строках самой главы мы чувствуем надежду на то, что герой не только преодолеет чужое для него пространство и выйдет из него нравственно невредимым, но и сохранит верность отцовскому завету («Береги честь смолоду»).

Эпиграф, таким образом, не только создает определенный эмоциональный настрой (оптимистический), но и выполняет художественную функцию предуведомления читателей о том, что финал трагических событий, развернувшихся на его глазах, для героев ро­мана Петра Гринева и Маши Мироновой должен быть положительным.

Последняя глава романа называется «Суд», а эпиграфом к ней Пушкин взял пословицу:

Мирская молва -Морская волна.

Пословица.

Мирская молва - людские толки, слухи.

В слове этого пушкинского эпиграфа говорит мир с его «шумом и звоном», с его толками, слухами, домыслами. Образ мирской молвы соотносится автором с образом морской волны, которая подхватывает человека и несет его по волнам житейского моря. Эти художественные образы получают конкретное наполнение в главе романа. Одних слов: «Государев кум со своей хозяюшкой», - то есть свидетельства о принадлежности пойманных людей к миру восставших, достаточно Зурину, чтобы, не размышляя, отправить Гринева в острог. Но вот Гринев арестован и приведен на суд. Его уверенность в том, что ему удастся оправдаться, зиждилась на чувстве своей человеческой правоты. Отец Гринева, получив письмо от родственника, в котором тот писал о Петре Гриневе, называет сына «ошельмованным изменником». Приговор ему произносит не только дворянский суд, но и родной отец. Так, людская молва, вторгаясь в частную жизнь человека, «бросает» его в волны житейского моря: выплывет - не выплывет Человеческая судьба Гринева и Маши оказывается в постоянном соприкосновении с «мирской молвой», и жизни и счастью ге­роев грозит смертельная опасность. На что в этом случае могут надеяться герои? На пра­восудие? На милость?

Страницы: 4 5 6 7 8 9 10


Полезные статьи:

Тема Гулага в русской литературе
После победы Октябрьской революции 1917 г. и Гражданской войны в России набирало обороты истребление свободной мысли, продолжались казни, изгнания из страны, слежка, засилье чиновников и канцелярий, смолкнул «веселия глас», закатилось «со ...

Цирк зажигает огни
Какой мальчишка или девчонка не мечтают попасть в настоящий цирк! Кто бы не хотел увидеть удивительную улыбку клоуна Олега Попова и загадочно улыбающегося, с добрыми глазами Юрия Никулина? А цирк, цирк в Москве, которым много лет руководи ...

Михаил Юрьевич Лермонтов в Ставрополе
Однако, пребывание Лермонтова на Кавказе не ограничивается одним лишь Питегорском, где поэт поправлял своё здоровье на минеральных водах. Известно, что Лермонтов несколько раз посещал наш город – Ставрополь. В двадцатые годы это было дост ...